Вы находитесь здесь: Главная / Пролеткульт / Творческое бессилие фашизма

Творческое бессилие фашизма

Если бы нужно было еще доказывать, что фашизм есть отрицание всякой культуры, то наилучшим способом для этого, было бы указание на уровень искусства вообще и литературы в особенности в современной Италии. За семь лет своего пребывания у власти фашизм не создал ни одного произведения искусства, не напечатал ни одной книги, которые были бы достойны мирового внимания. Италия, страна музыки, не «экспортировала» ни одной оперы с тех пор, как фашизм царствует в Риме. И это происходит, во всяком случае, не из-за недостатка помощи, поддержки материальной и моральной. В самом деле, фашизм пытается набросить на свою деятельность палача пролетариата покрывало идеализма. Стараясь сломить революционное движение, он в то же время хотел бы воспеть трогательную идиллию сотрудничества труда и капитала.

Поэтому Муссолини «приказывает» писать книги на эту тему. Но он знает, что одних приказаний мало и субсидирует писателей; оказывается, однако, что и субсидии не помогают. До настоящего времени все усилия для создания фашистской литературы потерпели неудачу, ибо у фашизма нет идеологического базиса; фашизм является, как это уже доказано, последним этапом буржуазии на пути к пропасти, которая ее поглотит. Поэтому повсюду, во всех литературных центрах Италии царит полнейшая депрессия и пессимизм. Старые литераторы, как Капуано, Верга, Матильда Серао, Бракко, постепенно сошли с литературной сцены: «иных похитила смерть, иные удалились добровольно. Д’Аннунцио, после своего присоединения к фашистам в 1922 г., выступил только с одной напыщенной речью, произнесенной с балкона Миланской думы, после поджога помещения пролетарского журнала и убийства итальянских революционеров. Несмотря на крупные суммы, выдаваемые Муссолини Д’Аннунцио, этот последний, — по неспособности ли, или с какой-нибудь задней мыслью, — не сочинил ни одного гимна фашизму. Ада Негри, отрекшись предварительно от своих социалистических грехов молодости, формально присоединилась к фашизму и, таким образом, окончательно засвидетельствовала свое бессилие. Драматург Дарио Никодеми пережевывает свои драмы и свои комедии из жизни итальянской буржуазии, выкраивая их по скверным французским образцам.

Доныне в Италии нет национального литературного центра; она разделена на областные группы, из которых наиболее значительные группы Севера и Юга. Неаполь, до захвата власти фашистами, был одним из крупных центров интеллигенции. Ближе к северу, во Флоренции, главные силы молодых писателей-интеллигентов объединялись вокруг их журнала «La Voce» (Голос), где Джовани Папини и Преццолини были светилами, блеск которых, впрочем, вскоре пошел на убыль. Новая промышленная жизнь, развитие техники в северной Италии сделало из Милана центр современной литературы. Именно здесь машина создала эстетику машины, хвалу которой пытался воспевать футуризм, — пользуясь ею, как символом, как источником творчества, как вдохновительницею. Эти молодые писатели сделались также певцами красоты быстрого движения. Но ныне и здесь также наблюдается полнейший застой.

В конце концов, фашизм использовал двух литераторов. Один из них — Пиранделло пользуется мировой славой; другой — Гвидо да Верона — также довольно хорошо известен, как мастер официальной итальянской порнографии. Наибольшие свои надежды фашизм возлагал, главным образом, на Пиранделло. В самом деле, о Пиранделло говорили, что он настоящий литературный гений, единственный, имеющийся в Италии. И Муссолини, для того, чтобы привлечь его на свою сторону, как только тот поселился в Риме, осыпал его почестями и деньгами; для него он выстроил в столице специальный театр, подлинную бонбоньерку, которая ценится на вес золота. Потом, поставив его пьесы в этом театре и окрестив их фашистскими пьесами он их отправил за границу, в качестве средства пропаганды. Но кто видел одну пьесу Пиранделло, видел их все. Они одинаково глупы, с какого конца не возьмись. Это нечто вроде психоанализа в театральном оформлении. Ясно, что это также должно было повлечь за собой литературный крах.

Для буржуазной итальянской молодежи литературные горизонты крайне ограничены. Национальный литературный центр, учрежденный Дуче в Риме, не принес еще, да и вообще не принесет никогда плодов, так как литература нуждается в идеальном базисе, которого фашизм не может ей дать. Эта молодежь кидается на издание многочисленных журналов, в большей или меньшей степени субсидируемых Муссолини и главное содержание которых составляют переводы с иностранных языков, извлечения и всякие глупости.

Массе, как таковой, надоели напыщенный слог фашистов и их стереотипные фразы, и она совсем перестала читать. Результатом этого явился очень серьезный книжный кризис в Италии. Угнетенные трудящиеся, страдающие под железной пятой фашизма, полагают, что только уничтожение их безжалостного врага создаст, как это случилось в России, — новый подъем литературы, которая, описывая и восхваляя их революционную деятельность, сумеет снова проявить свои творческие способности.

Эдмондо Пелузо.

Литературная газета 1929г.

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.Обязательные поля отмечены *

*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Scroll To Top